Дата спектакля
31.10.2020
Как Зоя гусей кормила - ПРЕМЬЕРА
"Почти все пьесы я списываю с жизни. У меня туго с фантазией, но я умею подслушивать и подсматривать."
подробнее
Дата спектакля
01.11.2020
Петербург
Пьеса «Петербург» посвящена нескольким поколениям семьи коренных петербургских интеллигентов, их судьбам
подробнее
Дата спектакля
03.11.2020
Смех лангусты
Знаменитая французская актриса Сара Бернар предается воспоминаниям. Она пытается написать свои мемуары. В ее памяти ей то 11 лет, то 28, то 37! Писать мемуары ей помогает ее секретарь, влюбленный Жорж Питу
подробнее
Дата спектакля
04.11.2020
Камень
Номинант премии "Золотая маска", номинант премии "Золотой софит". Благодаря смелым прыжкам во времени и противоречивым образам новая пьеса Мариуса фон Майенбурга демонстрирует нам показательные конфликты новейшей германской истории
подробнее
Дата спектакля
05.11.2020
Как Зоя гусей кормила - ПРЕМЬЕРА
"Почти все пьесы я списываю с жизни. У меня туго с фантазией, но я умею подслушивать и подсматривать."
подробнее
Дата спектакля
06.11.2020
ART
Главные герои - трое закадычных друзей - Марк, Серж и Иван. Тесная дружба не мешает этим парням смотреть на жизнь совершенно по-разному
подробнее
Дата спектакля
07.11.2020
Две дамочки в сторону севера
Спектакль - номинант премии "Золотой софит". Сестры Аннетта и Бернадетта колесят по Франции «в сторону севера» на угнанном шестидесятиместном автобусе
подробнее
Дата спектакля
08.11.2020
Еще один Джексон
Муж неожиданно вернулся из командировки, жена по традиции прячет любовника в шкаф
подробнее

Салемские колдуньи - Сказка или ложь. // Империя драмы. №33. Февраль 2010 г.

Достоинств в спектакле Бубеня множество, и не пустячных; главное же — не разрозненных. Найдена и объяснена психологическая почва для вспыхивающей в Салеме массовой истерии: подавленная чувственность (в строгом согласии с автором, а также подлинными салемскими протоколами). Бесхитростно, но чисто задана экспозиция: ансамбль юных ведьмочек, распластанных по зелёной траве, — не просто «красивая картинка», иначе не маячили бы за ней успевшие стать знаменитыми кадры из недавнего «Антихриста» фон Триера с девичье-ведьминскими руками, корнями пронизывающими жирную лесную землю. (Речь, конечно, не о заимствовании, а об общности образных контекстов, и фон Триер тут — надёжный гарант.) И далее — вся разработка девичьих образов, перекипающий гормонами психоз, под влажную власть которого почти невозможно не подпасть. Сцена «слома» Мэри Уоррен в 3 действии — потому и центральная, что там эта невозможность стягивает драматургический узел всей пьесы; супруги Проктор — потому и главные герои, что им единственным удаётся этой власти противиться.
А убирает он <А.Бубень> из текста вроде бы самую малость: «ледяной ветер Господа Бога» в конце второго акта, «шаги Люцифера» в конце третьего (обе фразы — Джона Проктора) и последнюю реплику Элизабет Проктор: «Бог не велит мне посягать на его честность!» Иначе говоря, весь текст, согласно которому супруги Проктор — люди не просто религиозные (то есть просто порядочные), но и глубоко верующие. Вера в Бога и дьявола — истовая, психотическая — оставлена здесь ведьмочкам-нимфеткам и судьям-палачам. А положительные герои — при сделанных купюрах — оказываются чуть ли не вольнодумцами.