Ольга Словохотова СЕКРЕТ СОЗДАНИЯ ТЕАТРА

В марте 2019г. отмечает юбилей Ольга Сергеевна Словохотова – помощник художественного руководителя «по жизни и по службе». Ольга Словохотова принимала самое активное участие в создании и становлении Театра на Васильевском. Во многом благодаря ей здесь создалась особая творческая атмосфера. Со дня основания театра работала заведующей труппой, выполняя и обязанности завлита. С 2000 г. – помощник художественного руководителя театра. Заслуженный работник культуры России.

О том, как создавался театр, Ольга Сергеевна вспоминает в книге «Полета вольное упорство. Театр на Васильевском: пути и судьбы». Публикуем ее воспоминания. 

 

История нашего театра начиналась с «Секрета». Знакомая семейная пара работала в администрации этого известного бит-квартета, когда появилась идея создать при нем еще театральную студию. Зная организаторские способности Словохотова, они нас пригласили к сотрудничеству. Понятно, что бюджета не было никакого вообще, все держалось на собственной инициативе, энергии, опыте, сообразительности. Естественно, начали искать какое-то кассовое название спектакля, чтобы привлечь публику, ведь времена начинались мрачноватые, так что зритель хотел именно чего-то легкого, веселого. Ну вот, нашли русский водевиль «Ливмя лил дождь» и французский «Любо-дорого», объединили их под названием «Любовь втроем», оформление выполнили на подборе – что-то из секонд-хэнда, что-то из дома принесли. Стали ездить с выездными спектаклями по области и, удивительное дело, оказалось, что везде их принимали на ура, мы начали  этим даже зарабатывать. Параллельно поставили детский спектакль про Кота Леопольда – с Олей Симановской, Володей Глазковым, теми немногими актерами, что составляли нашу маленькую труппу. Глазков был первым исполнителем в «Леопольде» и «Любви втроем», дальше составы этих спектаклей-долгожителей менялись.

Первые гастроли мы решили провести совместно с «Секретом», у них предполагался концерт в Нижнем Новгороде на стадионе. А мы со своими спектаклями параллельно стали работать в ТЮЗе. Закончилось тем, что музыканты свой концерт отменили, у них уже складывалась проблемная ситуация внутри «Секрета». А на наших спектаклях был аншлаг. И мы решили сделать собственный театр, отдельно от бит-квартета. Володя был успешным актером, но у него такая независимая натура, что ему  сложно подчиняться диктату режиссуры. Поначалу мы полагали, что он будет работать в созданном им театре как актер, играя роли в условиях свободы творчества, но в результате административная, руководящая работа так его захлестнула, что он уже не помышлял об актерстве, потом даже радовался, что уже не нужно выходить на сцену. Да, у него было много замечательных актерских работ, я всегда любовалась, сидя в зале. Но все равно нет сожаления, что так сложилось, если бы он остановился, зациклился на актерской работе, то, возможно, не возникло бы такого стремительного движения вперед.

А на первых гастролях, когда мы шли по площади на спектакль, и возле театра стояла толпа народа, вот тогда Словохотов и сказал: «В Петербурге есть разные театры, а театра сатиры нет, почему бы нам его не сделать?» Вот это название и приклеилось, тем более, время было такое, когда сатира оказалась очень востребована. Потом уже немного жалели, что театр получил известность под таким названием, стали потихоньку уходить от него и репертуар расширять соответственно.

По возвращении из гастрольной поездки, с 1 сентября 1989 года мы отделились от «Секрета» и начали самостоятельный путь. Сразу же зарегистрировались на Малом, 49, где сейчас находится Камерная сцена, видимо, судьба нас постоянно возвращает на круги своя. Мы взяли в аренду маленький кабинетик, куда поместилась вся администрация и бухгалтерия, потом постепенно расширялись, нашли площадку на проспекте Шаумяна, позже отвоевали это здание на Васильевском острове.

В первый осенние-зимний сезон играли выездные спектакли по области или на небольших площадках города, а к весне уже сложился определенный репертуар, нам удалось материализовать свои художественные идеи. И по какому-то наитию мы взяли и позвонили наугад в Финляндию, причем не в Хельсинки, где многие наши театры выступали, а в комитет по культуре города Лахти, и оказалось, что там очень обрадовались нашему звонку. В комитете по культуре работал замечательный человек - бывший актер, который закончил наш ЛГИТМиК, по национальности наполовину украинец, наполовину азербайджанец, женатый на финке. То, что наш звонок поступил именно к нему, это знак судьбы. Организованные с его помощью гастроли получились просто феерическими, принимали нас замечательно, заплатили огромные по тем временам деньги: благодаря полученному гонорару, все вернулись с гастролей на машинах.

Это было в мае. А летом мы поехали на гастроли по Сибири. В Красноярске работали на аншлагах в огромном зале Театра оперы и балета. При том, что параллельно в городе проходили эстрадные гастроли, к примеру, концерт Газманова отменился, а у нас был полный зал. Чем это объяснить? То ли репертуар так удачно подобрался, то ли имя Санкт-Петербурга сработало, трудно сказать, но прошли мы успешно. И прибыль была довольно приличная, мы ее оставили на развитие театра, впоследствии купили транспорт, чтобы можно было свободно ездить по области. Но вскоре стало понятно, что самим, без государственной поддержки, практически невозможно выйти на более высокий уровень. 

В том, что мы получили это помещение на Васильевском острове, тоже видится веление судьбы и Господа Бога. Ситуация сложилась так, что власти района были вынуждены отдать нам здание бывшего ДК имени Урицкого, хотя юридическая битва за него шла очень серьезная. Здание мы приводили в порядок собственными силами. Первый визит особенно запомнился, мы тогда решили похвастаться нашим приобретением перед знакомым, который в Совете министров работал, а войдя в здание, обнаружили только охранника, который сидел в обнимку с телефоном, это было единственное имущество, которое он охранял. Все было обшарпано и разрушено, мы из-за кулис лопатой выгребали грязь. Позже подключили спонсоров, помогали, кто, чем мог, и так потихоньку навели порядок.

Когда возник театр на Васильевском, то самые интересные «островитяне» стали приходить сюда, как в свой клуб. Главы администрации, бизнесмены, творческие люди посещали все премьеры и, конечно, помогали в жизни театра. Например, в тяжелый период 90-х годов, когда был голод, а зарплата практически отсутствовала, то директор рынка Владимир Хурцилава бесплатно присылал нам продукты, которыми кормили весь коллектив. Кто-то помогал с ремонтом помещений, кто-то с производством декораций, очень многие нас поддерживали, за что мы по сей день благодарны. 

Постепенно подбиралась талантливая труппа. Из множества приходивших поначалу актеров в результате оставались те, в которых сочетались талант и нравственные качества. Я даже не знаю, почему так, но в большей степени они подбирались интуицией Словохотова. Слава Богу, ошибок было крайне мало.

С нами сотрудничали замечательные, потрясающие артисты, настоящие звезды. Антонина Николаевна Шуранова обладала выдающимся человеческим достоинством - глубоко образованная, воспитанная, интеллигентная женщина, в то же время очень принципиальная, даже жесткая в своих убеждениях. Актеры ее очень любили и прислушивались к ней.

А ее муж Саша Хочинский - это какая-то стихия, они совершенно разные, и в то же время он очень трепетно к ней относился. И к театру тоже относился с особым трепетом.

А Володя Особик - тоже талант, великий артист, помню, когда была студенткой, то мы просто очереди выстаивали, чтобы попасть на «Царя Федора», где он играл главную роль.

И я рада, что эти великие артисты последние годы жили в творческой радости, они точно получали удовольствие от работы. Мы счастливы, что у нас работала Валентина Ковель, которую сюда привел режиссер Роман Виктюк. Это такая натура широкая, радостная, видеть ее на сцене было одно удовольствие, очень жалко, что она недолго проработала. И она тоже прижилась, приходила сюда даже не по работе, просто получала удовольствие от общения. Мы с Володей, похоже, были последние, кто видел ее в сознании. Поздно вечером возвращались с работы и заехали к ней в больницу накануне операции. А она: «Ой, ребята, я ведь умылась уже, смыла макияж». В такой ситуации переживала, что не накрашена… После операции впала в кому и не пришла в себя. У нее был поражен слуховой нерв, и она решилась на операцию, боясь, что оглохнет и не сможет работать на сцене. А организм не справился с этим, в конечном итоге, тромб оторвался. Много потерь за это время произошло, очень печально, очень жаль…

Наш театр славится доброжелательной атмосферой. Самое главное, что у руководителя нет любимчиков, первачей, нет отличников и «двоечников». Володя в театр каждого человека принимал сам, поэтому здесь не может быть людей со стороны, это каждый чувствует. Актеры, которые составляют основной костяк, большей частью помотались по разным театрам, всякие отношения видели. Понятно, что они этот театр очень ценят, а молодежь ориентируется на отношения опытных актеров, их эта атмосфера тоже притягивает, в ней можно работать легко, свободно и в свое удовольствие. Если возникают какие-то профессиональные проблемы, то коллеги стараются друг другу помочь. Мы тоже прошли много театров, знаем, что в искусстве постоянно кто-то дышит в спину, и давно поняли, что это должно быть стимулом не к войне интересов, а к творчеству.