КОСМОС ВНУТРИ

В Театре на Васильевском 26 и 27 декабря состоится премьера спектакля «Самая счастливая» по пьесе известного драматурга и киносценариста Евгения Унгарда "День космонавтики". Поставил спектакль молодой режиссер Денис Хуснияров.

Биографическая справка
. Денис Хуснияров – выпускник Театральной академии (актерско-режиссерский курс н.а. России Семена Спивака). Играет одну из главных ролей в спектакле Молодежного театра на Фонтанке «Метро». На сцене Молодежного театра Денис успешно поставил дипломный спектакль «Жестокие игры» по А.Арбузову (художественный руководитель постановки – С. Спивак), который успел получить ряд театральных премий и наград. Лауреат Второго международного конкурса самостоятельных режиссерских работ в номинации «За работу режиссера с актером» (Москва). В Театре на Васильевском дебютировал постановкой спектакля «Веселенькая пьеса о разводе», который пользуется постоянной популярностью у публики, особенно у молодежи. -Денис, что побудило вас обратиться к этой пьесе? -Несколько лет назад меня пригласили в Русский драматический театр Эстонии для постановки спектакля по пьесе Евгения Унгарда «День космонавтики». Предполагалось, что это будет бенефис известной актрисы. К сожалению, этот проект так и не осуществился, но пьеса у меня осталась. И когда художественный руководитель Театра на Васильевском Владимир Дмитриевич Словохотов пригласил меня на беседу, я решил познакомить его с этой пьесой, без особых, впрочем, надежд. Словохотов пьесу прочел, увидел в ней живые характеры и одобрил для постановки. -А вы что в ней увидели? -Ой, там столько всего, хотя кажется, что история простая: собрались три тетки готовить мероприятие к завтрашнему Дню космонавтики. Лидка, завклубом, говорит: «Девки, давайте что-то делать, а то совсем закроют клуб…» В пьесе не указано время действия, но мы решили, что это 2001-й год, то есть, 40-летие полета Гагарина. Тексты, которые они произносят, уже забавно звучат в наше время: «Рос Юрий Гагарин в простой советской семье, с детства юный Юрий впитал в себя народную культуру…» Таковы исходные события. И вдруг через эту призму, как через увеличительное стекло, начинают разворачиваться судьбы трех женщин, их жизненные истории. А все сюжетные линии на Гагарине завязаны, потому что одна из них решила, что ее друг на Гагарина похож. Но это только сюжет, за событийным рядом потом открывается самый настоящий космос, в котором находятся наши героини. Или, может, это космос находится в них самих, внутренний космос. Мы решили отмести сугубо бытовые зацепки, идти метафорическим путем, более объемно, масштабно. Спектакль получается про космос мечты, воображения, в котором они живут, да и все мы живем, наверно. Все о чем-то мечтают, чего-то ждут, надеются. Я для себя определил тему так: сказка, которой не было. Это словосочетание греет и дает импульс для движения вперед. Боже мой, ведь все пьесы про это! «Три сестры», например. А у нас – три подруги… Эк, куда хватили!.. Художественную планку, я считаю, нужно ставить высокую, это наша задача. Пьеса – только повод для спектакля, и лишь от нас зависит, что мы из нее «изваяем». Надеюсь, нам удастся, если не взять высоту, то хоть немного подскочить над бытовым пластом, он достаточно колоритно прописан в пьесе, и мы постоянно бьемся об этот быт. Особенно сложно увернуться в первой части, героини там действительно пьют, готовятся к «мероприятию»… Но потом, по нашим задумкам, должен начинаться переход в иное душевное состояние. В пьесе мечты этих женщин как бы материализуются, появляются мужчины в форме космонавта, костюме Ихтиандра… Мы отмели буквальное решение этой сумасшедшей истории, оно неизбежно будет выглядеть бутафорским, и нашли, как нам кажется, интересный ход – с применением спецэффектов, видеомонтажа. В нашем случае героиням начинает отвечать тот самый космос, о котором мы говорили раньше. И они не пьяные, не сошли с ума, не отравились паленой водкой, просто степень эмоциональной возбудимости такова, что они начинают верить в собственные фантазии. И, в идеале, заставят нас поверить, если все это получится. А в конце я задумал такой прием, когда Гагарин все-таки подарит им свою знаменитую улыбку, он будет как бог, сошедший с Олимпа, как воплощение этого космоса, к которому все мы тянемся и, наверно, никогда не дотянемся. Так, помечтаем… То, что я говорю, может и не получится, это пока абстракция, мы еще в тумане идем. Но хотелось бы, чтоб получилось. -Как вы для себя определяете жанр? -Там есть и комедия, есть и драма, есть и документальная хроника. А все вместе, учитывая ту форму, которую мы избрали… Я определил для себя, что это сказка, которой нет. Для меня это и жанр, и тема. -У вас заняты замечательные, талантливые актрисы. Как вам с ними работается? -Потрясающе работается, они настолько включаются в работу, с такой самоотдачей!.. Перед началом репетиций этой истории мне казалось, что их придется в чем-то убеждать, но ничего такого не понадобилось, они на первой читке все прочувствовали, прониклись, что-то для себя нашли. У нас два состава, шесть актрис, и все удивительно взаимодействуют, учатся друг у друга. При этом они взаимозаменяемы, то есть Лидка из одного состава может свободно перейти в другой состав. У нас рисунок общий, один, а не два разных спектакля. Я с ними советуюсь, мы все придумываем вместе, радуемся, если что-то нашли, подсказываем друг другу. Ну, и ругаемся, спорим, конечно, но это нормальный рабочий момент. -Вот интересно все-таки, что может знать молодой режиссер о психологии немолодых одиноких женщин? В реальной жизни часто сталкивались с подобными типажами? -Да на каждом шагу, далеко ходить не надо. Им всем под пятьдесят, а у них ни семьи, ни детей, ничего нет… Эти несчастья, невезуха настолько впечатаны в сознание русского человека, у большинства населения есть эти проблемы, мне кажется, они каждому понятны. А почему я за это взялся? По сути, я не ищу пьес: вот эту бы поставить. Пьеса сама каким-то мистическим путем приходит, и надо ее делать в силу своих возможностей. Не случайно же мне предложили эту пьесу в Таллине поставить, а потом она вновь возникла здесь… -Ну, тогда давайте вспомним пьесы, которые вас уже нашли. «Жестокие игры» идут в Молодежном? -«Жестокие игры» идут и пользуются спросом, это не хвастовство, это факт, который радует. Радует, что в Театре на Васильевском также с успехом идет «Веселенькая пьеса о разводе», спектакль тоже развивается со временем, я иногда забегаю посмотреть, потом тороплюсь дальше, поскольку дефицит времени. У меня недавно родилась дочь, ей всего месяц, и она требует внимания. В общем, жизнь продолжается, в ней все краски радуги. К слову, наша «Веселенькая пьеса» так понравилась на гастролях в Ростове, что меня пригласили поставить ее в академическом Театре драмы. В московском Новом драматическом театре поставил мольеровского «Дон Жуана», я раньше не ставил Мольера и решил попробовать, что из этого получится. Московская пресса восприняла спектакль с интересом, артисты хорошо работали, у большинства, кстати, питерская школа. К сожалению, из театра ушли исполнители ролей Дон Жуана и Сганареля, спектакль пришлось снять с репертуара. Жаль, хороший был замысел, замечательное художественное решение Николая Слободяника. Мы могли бы восстановить спектакль где-нибудь, может, (шепотом) даже здесь. -На постановке «Самой счастливой» вы вновь работали в тандеме с талантливым сценографом Николаем Слободяником? -Да, мы с ним нашли общий язык, я считаю, его имя на афише спектакля о многом говорит. Я очень благодарен ему за помощь, за интересное решение. Надеюсь, что и ему интересно работать со мной. -В пьесе все героини музыкальные, играют на разных инструментах… -Да, мы стараемся все это все выполнять, правда, у автора прописаны гармонь и домра, а в театре оказались аккордеон и балалайка, педагоги на полном серьезе обучают наших артисток игре на этих инструментах, там не будет никакой фонограммы, только живой звук. Актрисы загорелись, они музицируют, можно сказать, со страстью, хотя раньше этих инструментов в руках не держали. Денис, если бы вам дали на выбор театр и пьесу, что бы вы выбрали? -А я уже определился. Мы беседовали с Владимиром Дмитриевичем по поводу следующей постановки в Театре на Васильевском, и у меня возникла очень «оригинальная» мысль: а не взяться ли за Островского… Я всегда стараюсь увидеть в пьесе людей, только в этом случае спектакль может получиться. А если я мечтаю поставить какую-то пьесу и под нее подстраиваю людей, то шансов меньше. И вот я увидел живых людей в «малоизвестной» пьесе под названием «Бесприданница». Я уверен, что в этом театре есть артист, лучше которого никто не сыграет Карандышева. Я бы делал спектакль про Карандышева. Вот такая фантастическая идея. Может, все будет совсем не так, просто я ее озвучил…